Комментарий: У белорусско-европейских отношений очень хороший потенциал для небыстрого, но устойчивого развития

Версия для печатиPDF версия

В феврале этого года с лёгкой руки Евросоюза санкции с нашей страны были сняты. Точнее, большая их часть, в том числе и с президента Александра Лукашенко.  Почему же все-таки ЕС решился на отмену санкций, как будет вести себя Москва и какое будущее ожидает белорусско-европейские отношения?  Об этом общественно-политическому журналу «Чеснок» рассказал  старший аналитик BISS Денис Мельянцов.

 

«У белорусско — европейских отношений очень хороший потенциал для небыстрого, но устойчивого развития». Интервью со старшим аналитиком BISS Денисом Мельянцовым

В феврале этого года с лёгкой руки Евросоюза санкции с нашей страны были сняты. Точнее, большая их часть, в том числе и с президента Александра Лукашенко. Под ограничениями же на сегодня еще остаются четыре человека, которых ЕС подозревает в причастности к исчезновению политиков в 1999-2000 гг. Также в действии остается и оружейное эмбарго.

Для многих экспертов, политологов, дипломатов данное действие не было такой уж неожиданностью, тем более если припомнить усиленный диалог белорусской и европейской сторон и события в стране в течение последнего времени.

В апреле 2015 года Беларусь посетил Еврокомиссар по европейской политике соседства Йоханнес Хан, чей визит белорусский МИД тогда назвал сигналом о позитивном изменении отношений Беларуси и ЕС. В августе прошлого года, т.е. в преддверии президентских выборов, глава государства помиловал Николая Статкевича и других политзаключенных (всего 6 человек), что подавалось в некоторых средствах массовой информации как сенсация. Следует вспомнить и возвращение в Беларусь в сентябре Алеся Михалевича, экс-кандидата в президенты на выборах 2010 года, которого по прибытии на белорусскую границу задержали, однако потом отпустили под подписку о невыезде.

Ну, и конечно же, главное событие прошлого года – президентские выборы, накануне которых оппозицией в центре Минска проводились шествия и митинги, на что власти реагировали довольно спокойно. И Евросоюз не мог не заметить все это.

Почему же все-таки ЕС решился на отмену санкций, как будет вести себя Москва и какое будущее ожидает белорусско-европейские отношения? В этих вопросах нашему журналу помогал разбираться магистр политологии, старший аналитик Белорусского института стратегических исследований (BISS) Денис МЕЛЬЯНЦОВ.

Какую цель преследует ЕС таким шагом (отмена санкций) и что его подтолкнуло на это? Ведь отношение Евросоюза к режиму Лукашенко и обеспокоенность ситуацией с правами человека в стране ни для кого никогда не было секретом, а тут вдруг Беларусь, да и сам Лукашенко, попали в милость европейцев.

— Тут так просто не ответишь, т.к. что считает Европейский союз и чего он хочет этим добиться, – понять достаточно сложно. Следует учесть и саму историю санкций, потому что если мы возьмем документы, которыми они вводились в 2011 году, сразу после прошлых выборов, то там самой главной причиной санкций названа нарушение избирательного законодательства и подтасовки во время выборов. А уже пунктом вторым и третьим обозначаются репрессии против политической оппозиции и наличие политических заключенных.

Сейчас, получается, санкции отменены, хотя никакого изменения в избирательном законодательстве и избирательных практиках не произошло. Выборы в прошлом году прошли в общем-то как они обычно и проходят. Был доклад по выборам ОБСЕ, где отмечено, что в общем-то выборы не соответствовали демократическим стандартам. Тем не менее там говорилось, что выборы по крайней мере прошли мирно, никого не били, власти разрешали конкурентам проводить свою агитационную кампанию.

Самая важная причина, если смотреть не на юридическую сторону, а на фактическую, то это, конечно же, геополитическая, связанная с тем, что официальный Минск не поддержал Россию в ее конфликте с Украиной, а занял нейтральную позицию, и даже в какой-то мере критиковал, причем достаточно резко, Москву. И в этом Европейский союз и США увидели возможность, во-первых, усилить безопасность Украины, тем что Беларусь не будет предпринимать враждебных действий, а во-вторых, попробовать все-таки вытянуть Беларусь из орбиты Российской Федерации.

Мы что-то похожее наблюдали в 2008-2010 годах, когда Беларусь не признала независимость Абхазии и Южной Осетии, которые были оторваны от Грузии в ходе российско-грузинской войны. Тогда Запад тоже увидел возможность для втягивания Беларуси, и Евросоюз объявил о создании «Восточного партнерства», куда пригласил в том числе и официальный Минск.

Возвращаясь к прошлым выборам, нужно отметить, что закончилось тем, что все-таки белорусские власти не удержались от разгона демонстраций в 2010 году во время выборов.

Сегодня отличие заключается в том, что Беларусь спокойно пережила эти выборы, и мы видим, что белорусско-европейские отношения имеют потенциал развиваться дальше.

Европейский союз, принимая во внимание все эти геополитические реалии, посчитал нужным снять санкции, чтобы, так сказать, выдать этакий аванс официальному Минску, чтобы отношения продолжались и дальше.

— Как бы Вы более точно охарактеризовали такой поступок Евросоюза: это чистой воды политика или просто жест доброй воли?

— Я бы не говорил о каком-то одном конкретном мотиве. Потому что это с одной стороны и жест доброй воли – со стороны ЕС, а с другой – своеобразное вознаграждение за то, что Минск сделал.

В политике, особенно в таком процессе улучшения отношений, крайне важное место занимают меры по укреплению доверия, т.е. Беларусь и ЕС каждый со своей стороны делают небольшие шажки и обмениваются такими, скажем, символическими действиями. Одно из таких символических действий – это отмена санкций.

Все понимают, что санкции эффекта, конечно, не возымели, и от них так или иначе нужно было избавляться. Поэтому Евросоюзом и был найден повод, что, мол, выборы прошли мирно, хотя те условия, которые Евросоюз выставлял, выполнены не были. Однако Брюссель рассчитывает на то, что Минск после отмены санкций будет продолжать политику сближения и будет двигаться в сторону либерализации.

— А какие преимущества и перспективы открывает для Беларуси и для Минска отмена санкций ЕС?

— Первое и главное, это то, что на стране нет той черной метки, которой были санкции. Если мы возьмем, например, торговлю, бизнес-отношения между Западом и Беларусью, то для многих частных инвесторов, компаний, да и не только частных, очень большое значение имело то, что страна находится под санкциями.

Например, бывало такое, что западные фирмы не поставляли в Беларусь медицинское оборудование, ссылаясь на то, что страна находится под санкциями и им нужно дополнительное специальное разрешение их правительства для того, чтобы проводить такие сделки, и они просто не хотят с этим связываться. Они просто смотрят, что страна находится под санкциями, значит, лучше с ней дел никаких не иметь во избежание каких-либо трудностей, хотя напрямую такого запрета нет.

И это, естественно, отражалось и на условиях ведения бизнеса, и на инвестициях в страну. Сейчас такой проблемы уже не будет и, соответственно, потенциально экономические отношения будут улучшаться. Конечно, это не единственное условие, т.к. нужно параллельно улучшать бизнес-климат, нужно рекламировать страну, создавать дальше позитивный образ Беларуси. И тем не менее мы говорим о том, что одна из важных преград была отменена.

Второе, это то, что для Беларуси открываются различные возможности для привлечения финансов со стороны европейских институтов. Например, это Европейский инвестиционный банк, Европейский банк реконструкции и развития, различные программы помощи Евросоюза. К примеру, ЕБРР после отмены санкций против Беларуси готовит новую трехлетнюю программу сотрудничества с нашей страной.

Европейский союз сразу после заморозки санкций объявил о том, что он в 2 раза повышает экономическую поддержку по своим каналам. Деньги, конечно, не очень большие, в этому году помощь составит 29 млн евро, но это в два раза больше, чем в прошлом. Для страны, где в экономический кризис каждая копейка на счету, несколько миллионов будут не лишними.

Отмена санкций открывает возможности и для новых форматов отношений. Например, у нас до сих пор не заключен договор о сотрудничестве и партнерстве, т.е. у нас нет юридической базы отношений с Евросоюзом. Теперь же открываются возможности для создания такой юридической базы. А наличие договора, соответственно, откроет еще больше возможностей для того, чтобы ЕС приходил к нам с различными проектами, к примеру, в рамках Европейской политики соседства. Вот и получается такой снежный ком, одно цепляется за другое.

— Москва на отмену санкций отреагировала довольно позитивно. Дмитрий Песков отмечал, что такой шаг лишний раз показывает абсолютную бессмысленность санкций и бесперспективность продолжения санкционного диалога. Можно ли назвать реакцию Кремля чересчур спокойной?

— Официальный Кремль, действительно, выражается сдержанно и нейтрально. Тем не менее мы видим по многочисленным публикациям в российской прессе, не только типа «Регнума» (ИА Regnum), но и в достаточно популярной, те же самые «Ведомости» и другие СМИ, что у них атмосфера достаточно нервозная. С одной стороны есть определенная ревность, потому что Беларусь вышла из-под санкций, а Россия остается под ними, и Беларусь пытается этими антироссийскими санкциями воспользоваться. В некоторых СМИ можно прочитать такую информацию, что Беларусь поворачивается на Запад, что она предала свои союзнические обязательства и т.п. Но это пока достаточно маргинальное явление.

Если же говорить о профессионалах, дипломатах, политиках высокого уровня, то они прекрасно понимают, что экономическая зависимость Беларуси от России очень серьезная и что Беларусь не может себе позволить никаких ассоциаций с Европейским союзом, потому что это противоречит евразийской интеграции и сразу ставит под угрозу наш экспорт в Россию, да и в Европу (мы поставляем, в основном, нефтепродукты из российской нефти). А РФ – это самая огромная составляющая для белорусского экспорта.

Второе: профессионалы прекрасно понимают, что то, что происходит и в белорусско-европейских отношениях, и в белорусско-американских отношениях, – это нормализация, т.е. приведение отношений к норме. А норма в международных отношениях – это когда нет санкций, когда есть юридическая база отношений, когда совершаются двусторонние визиты на высшем уровне.

Посмотрим на отношения России с теми же Соединенными Штатами. Несмотря на все санкции, конфликты, и вокруг Украины, и вокруг Сирии, сейчас российско-американские отношения и отношения России с ЕС намного более полноценные и всесторонние, чем отношения Минска и соответствующих западных стран. Поэтому я не считаю, что в Кремле слишком озабочены, что Беларусь куда-то переориентируется, но тем не менее определенные сигналы, думаю, они все-таки посылают, в том числе через прессу. И делают они это с целью, чтобы Минск не перегибал палку, все-таки для Кремля важно, чтобы Беларусь демонстрировала, что она – верный союзник России. Это влияет на престиж России на международной арене.

— Возможен ли такой вариант, что Беларусь променяет Россию на Евросоюз?

— Если исходить из реалий сегодняшнего дня и смотреть на экономические условия, торговлю, структуру торговли Беларуси с Евросоюзом и с Россией, то вариант представляется мне невозможным.

Первое, что нужно подчеркнуть, Беларусь очень близкий военный союзник России. Мы входим в ОДКБ, мы участвуем в евразийской интеграции, у нас единое таможенное пространство. И фактически, если так грубо говорить, мы живем на той марже, которую зарабатываем от переработки российской нефти, от получения российского дешевого для нас газа (мы им топимся, на нем работают наши заводы и т.д.). И вот те нефтепродукты, которые мы производим из российской нефти, это основная наша торговая позиция с Европейским союзом.

Т.е. если мы вдруг захотим вступить в ЕС и попытаемся разорвать все отношения с Российской Федерацией, то это подорвет основы нашей экономики. Не говоря уже о том, что тем самым мы ставим под угрозу в некоторой степени и безопасность России, учитывая, что у нас единая система ПВО, единая группировка войск в угрожаемый период. И если вдруг какой-то белорусский лидер решится на такие резкие движения, то скорее всего Беларусь ожидает повторение украинского сценария, который мы наблюдали в 2014 году, судьба же самого лидера будет подобна судьбе Януковича, а может быть и хуже.

Конечно, все может поменяться в политике, в международных отношениях, в истории. Например, Финляндия добилась когда-то нейтралитета, несмотря на близость к России и достаточно высокую степень зависимости от нее. Но для подобного должны сложиться определенные условия, а пока в белорусско-российских отношениях таких условий нет.

— Последние новости в стране пестрят заголовками, что президент призвал к полной нормализации отношений с ЕС и углублению взаимодействия с союзом с учетом национальных интересов. Каким сейчас, после отмены санкций, Вам видится совместное будущее Беларуси и ЕС?

— Если смотреть на процессы нормализации 2008-2010 годов и теперь, то сейчас этот процесс нормализации намного более устойчив. Почему? Потому что ни Минск, ни Брюссель не ставят перед собой каких-то недостижимых задач, т.е. Брюссель не собирается проводить никаких революций и смену режима, Минск, в свою очередь, не ждет, что на него посыплется золотой дождь из евро, если отношения улучшатся. Т.е. по итогам предыдущей нормализации стало понятно, что все-таки нужно ставить перед собой более реалистичные задачи, в переговорах нужно выносить политические болезненные вопросы «за скобки». И вот это как раз и было сделано, начиная с 2013 года.

Сейчас наблюдаются очень интенсивные дипломатические контакты. Ведутся визовые переговоры, они уже находятся на финальной стадии. Там есть, конечно, пару камней преткновения, но это уже абсолютно преодолимые детали. Кроме того, практически готово соглашение о миграции. В ближайшее время документы должны быть подписаны.

В начале 2015 года был согласован неформальный документ, который условно называется «29 пунктов», где перечислены возможные действия сторон по сближению. Там есть и финансирование инфраструктурных проектов, и поддержка белорусских предприятий, совместная охрана окружающей среды и возможности для участия Беларуси в проектах ЕБРР. Т.е. стороны наметили конкретную повестку дня, по которой они будут работать. И что самое важное – она не политическая, она не ставит ни Минск, ни Брюссель в дискомфортные условия.

Посетившая нас недавно делегация ЕС фактически подвела черту под диалогом о модернизации, который шел с 2013 года между Беларусью и ЕС. Это такой формат, в котором белорусские и брюссельские чиновники регулярно встречались и обсуждали, каким образом ЕС может помочь Беларуси в проведении определенных реформ по целому ряду направлений, начиная от построения электрических интерконнекторов между странами для экспорта электроэнергии, а заканчивая проектами «зеленой» экономики и охраны окружающей среды. И все это будет продолжено и в ближайшие годы.

Если делать прогноз на будущее для белорусско-европейских отношений, то каких-то очень серьезных прорывов не будет, но я думаю, что сейчас отношения имеют очень хороший потенциал для небыстрого, но устойчивого дальнейшего развития.

— Европейский союз, похоже, не спешит принимать Украину и некоторые другие страны в члены интеграции. Можно ли то же самое сказать и о Беларуси? Что делать этим странам?

— Европейский союз вряд ли примет Украину в какой-то обозримой перспективе, по крайней мере можно говорить уверенно годах о 15-20-ти. Потому что, с одной стороны, для членства в ЕС есть определенные критерии: потолок внешнего долга, размер инфляции, стабильная демократия, другими словами, страна должна нормально управляться и мочь конкурировать внутри ЕС.

Второе, что очень важно, – это коррупция, которую Украина должна будет побороть. Пока же мы видим, что это не очень-то получается. Например, если смотреть по последним новостям, украинская генпрокуратура пытается найти, кто же у нее украл американский грант на реформирование этой же самой генпрокуратуры. Так что это очень болезненное явление не только для Украины, но и для Европейского союза, который Украину поддерживает. И сейчас все чаще и чаще в Брюсселе говорят о том, что, возможно, помощь для Украины будет урезана, если страна что-то не сделает с коррупцией.

Если рассматривать экономический договор Украины с ЕС, который вошел полностью в силу в начале этого года, об углубленных зонах свободной торговли, то даже там есть достаточно серьезные ограничения по поставкам украинских продуктов в ЕС. Украинская экономика, по сравнению с европейской, еще недостаточно сильна и конкурентоспособна.

То же самое и с Беларусью, где еще во многом советская, нереформированная промышленность. И если, допустим, сегодня отменить все торговые ограничения с ЕС, то европейские товары просто вытеснят белорусские с внутреннего рынка, а мы ничего продать в ЕС не сможем, за редким исключением. Поэтому что касается вступления Беларуси в ЕС – таких идей у белорусских рационально мыслящих политиков и государственных деятелей не возникает. И это мы пока еще говорим без учета возможного противодействия со стороны России. А есть же еще и крайне важный фактор безопасности. 

Ведь почему с Украиной случился конфликт? В головах российского генералитета, когда им говорят о евроинтеграции Украины, сразу возникают натовские базы и ракетные комплексы где-нибудь в Харьковской области, поближе к границам с Россией. К примеру, подлетное время до Москвы ракеты, запущенной из приграничного региона, составит меньше 4-х минут. Это значит, что у российского руководства просто не будет времени на принятие решения об ответном ударе после обнаружения запуска такой ракеты. Поэтому Россия будет противодействовать всеми возможными способами членству Украины и Беларуси в НАТО, т.к. эти страны создают своеобразный буфер, отодвигая подальше границу вероятного противника. И пока Россия находится вот в таком сегодняшнем состоянии, с такой политической системой и таким уровнем конфронтации с Западом, говорить о вступлении в ЕС и НАТО – это ненаучная фантастика.

— Есть ли вариант создания некого альтернативного объединения, например, Балто-Черноморский союз?

— Ну, это еще более фантастично. Это не только не нужно России, но это не нужно и Брюсселю.

Во-первых, это резко усиливает позиции Польши, так как Польша как раз здесь стала бы естественным лидером: большая страна с большими амбициями и достаточно сильной армией. И если смотреть исторически, то обычно когда говорят о Балто-Черноморском союзе, то видят в этом возрождение былой Речи Посполитой, то есть по большому счету польского государства. Во-вторых, общеевропейская внешняя политика организована таким образом, что сами по себе поляки, литовцы, латыши не смогут принять такого решения, им просто Брюссель этого не позволит. С другой стороны, Беларусь входит в постсоветские интеграционные объединения, о трудностях выхода из которых мы уже говорили.»

Источник: журнал «Чеснок»